![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
recoderМама, я знаю, мы все сошли с ума...
— Виктор Цой, Кино
А можно вникать глубже, тщательно вчитываться в комментарии самого автора и удивляться его сложному синтезу самых разных аспектов неврологии, психиатрии, социологии и даже философии, который он применяет в своей работе с пациентами. Можно поражаться тому, насколько хрупким и эфемерным являются такие казалось бы простые и очевидные понятия как "радость", "ужас", "счастье", "любовь" и т.д. Начинаешь понимать, что и каждый обычный человек видит эти конструкции немного со своей стороны, а чего уж говорить об искажённом разуме, утратившем какую-то важную часть. Можно увидеть, насколько призрачна грань, отделяющая нормального человека от ментально больного.
Приведу пяток поучительных историй из книги. Собственно, человек спутавший жену со шляпой из заглавия книги - серьёзный человек, профессор музыки и преподаватель консерватории, постепенно утративший способность к комплексному восприятию. Он видел и замечал вокруг себя множество деталей, но не мог сопоставить их абстрактному образу, и поэтому не могу узнать весь предмет целиком, будь то жена или просто перчатка. Платоновский мир идеальных образов внезапно проявился соврешенно чётко, пропав из сознания профессора. И тем удивительнее, что профессор находил способы жить в таком мире, в том числе продолжая преподавать в консерватории. Компенсационные запасы человеческого мозга просто огромны.
Отдельный любопытный аспект - описание коллекции картин кисти самого профессора. Оказалось, что по мере усугубления недуга стиль его письма постепенно менялся от классического реализма к абстракционизму и элементам кубизма. Вот тебе и гении-абстракционисты...
Другая жутковатая история - о моряке, долгосрочная память которого остановилась в 20 лет, а кратковременная не простиралась дальше нескольких минут. Удивительный "вечно молодой" дядька. Сложно представить весь его ужас, когда ему показали своё отражение в зеркале: вместо двадцатилетнего парня - седой почти что старик. Впрочем, отсутствие кратковременной памяти его и спасало...
Ещё одна, несколько курьёзная история - о 60-летней тётушке, у которой вдруг пропало понятие "лево". Это сложно понять, но для неё не существовало ничего левого, оно ей представлялось как непонятное другое измерение. У неё не было левой половины тела или левой половины тарелки - она их просто не замечала. Удивительно, но она сама сделал открытие, что обычно лево - это всего лишь несколько "право" подряд, и это помогало ей в жизни.
Поучительна история про больных афатиков, слушавших речь президента по телевизору. Из-за их особенностей восприятия они не принимали напускной патетики выступающего, а вместо этого слышали что он говорит и чувствовали как он это говорит, и для них ложь президента была очевидна и смешна. Вот так, и кто после этого больше сумасшедший?
Ещё одна грустноватая история - о пожилой ирландке, у которой из-за эпилептических процессов в могзу внезапно начала прямо в голове играть народная музыка из её детства. И под эту музыку у неё вдруг начали всплывать далёкие детские воспоминания о счастливой беззаботной жизни, она практически заново переживала своё напрочь забытое детство. Лечиться тётушка отказалась, потому что была более счастлива такой, но через некоторое время музыка стала утихать и пропала совсем. И тем не менее тётушка была благодарна судьбе за эту болезнь, подарившей ей недостающие части воспоминаний и вернувшей ей внетреннюю целостность. Это всё к вопросу о том, нужно ли лечить счастье.
Вообще, много пишется об эпилептиках и их ощущениях. Вот скажем, что говорил Достоевский Вы все, здоровые люди, и не подозреваете, что такое счастье, то счастье, которое испытываем мы, эпилептики, за секунду перед припадком. […] Не знаю, длится ли это блаженство секунды, или часы, или месяцы, но, верьте слову, все радости, которые может дать жизнь, не взял бы я за него!
Эпилептические ощущения так бывают похожи на религиозный экстаз, что закрадываются подозрения... И автор берёт рукописи монахини Хильдегарды Бингенской, где она описывает свои божественные видения, и проводит прямые аналогии с традиционными теперь видами пред-эпилептической ауры. Сделать выводы остаётся в качестве домашнего задания.
Там есть ещё множество удивительных историй. Про молодого человека, который обрёл собачье восприятие мира - цветами и запахами. Про больного тиком мужчину, который решил жить двумя параллельными жизнями: в рабочие дни - тихим работником под галоперидолом, а по выходным - остроумным и не предсказуемым самим собой. Про человека без памяти, который ежеминутно придумывал себе новое прошлое. И много-много другого не менее интересного.
Начитавшись такого, поневоле начинаешь чуть-чуть по-другому смотреть на общество, на людей и в конечном счёте на самого себя.
